October 18th, 2012

сама застенчивость

(no subject)

Осужденная на смерть…
Ей вослед толпа кричала:
"Ведьма! Ты должна сгореть!"
Да, она об этом знала.
В белом платье. Крест на шее.
На костер ведут ее.
Чтобы стало ей страшнее –
Хор монахов запоет.
Ветер волосы колышет.
Крест нательный тянет вниз.
Крик толпы она не слышит:
"Эй, проклятая! Очнись!"
Затуманен взгляд прекрасный.
Пыток ночь была страшна.
Пыток ночь была ужасна…
Как их вынесла она?…
У столба костер уж сложен.
Тихо молится она.
Ты прости им это, Боже.
Слишком много в людях зла.
Возвели на место казни.
Платье вьется на ветру.
Ветер! Что ж, прощай, проказник!
Я сейчас уже умру…
Факела сверкнуло пламя.
Но во взоре страха нет.
Прошептал священник "Amen".
Загорелся яркий свет.
Боже! Больно! Больно! Боже!
Ведьма на костре горит…
И никто ей не поможет…
И никто ей не простит…
Выкрикнет толпа проклятье…
Все погасло… Свет померк…
В пепел обратилось платье…
Нет ее… Ушла навек.


Твой друг назвал меня принцессой, а ты сказал, скрывая страх:
"Таких принцесс в старинных пьесах в конце сжигали на кострах".
Я непонятно одеваюсь, и очень медленно хожу,
И очень страшно улыбаюсь, и дикий ужас навожу,
И взглядом обладаю странным, и очень тихо говорю,
И вся в каких-то жутких тайнах, и часто в зеркало смотрю,
А дома странные бутылки держу я не для красоты,
И в волосах моих опилки, сухие листья и цветы.
А ночью под твоим окошком я пролетаю на метле,
А в полночь превращаюсь в кошку. И Книгу Книг держу в столе,
И чтобы я тебя не съела, смотреть боишься мне в глаза…
Ах, глупый, - просто я люблю тебя.


(с) С глубоким уважением к авторским правам и с честным незнанием имени автора